Меню раздела

Основное меню

Уходит вдаль времён Великая Отечественная война, но не уменьшается о ней память, как следовало бы по законам исторической ретроспективы. Напротив, растёт величие этой горестной вехи...

Уходит вдаль времён Великая Отечественная война, но не уменьшается о ней память, как следовало бы по законам исторической ретроспективы. Напротив, растёт величие этой горестной вехи...

Сегодня... мы как бы заново переживаем и осмысливаем события прошлого, возвращаемся в памяти к суровому, тревожному июню 41-го и к солнечному, ясному маю 45-го. А в сердце – радость и боль. И их не разделить...

…Все 1418 дней и ночей Великой Отечественной стали всенародным подвигом на фронте и в тылу, ибо Победа наша не только добыта в огне ожесточенных боев и сражений, но и выкована самоотверженным трудом на заводах и фабриках, полях и стройках. Война коснулась всех: и тех, кто по возрасту подлежал призыву, и тех, кто имел «отсрочку», ибо фронт проходил через все наше Отечество до самого маленького городка, до самой глухой деревеньки. И вряд ли найдется семья, которая могла бы сказать: нас война обошла стороной. Она постучалась в каждый дом…

В истории моей семьи есть два Героя Советского Союза: это брат моей прабабушки – Пстыго Иван Иванович и двоюродный прадедушка – Саевич Тимофей Александрович.

Начало Великой Отечественной войны лейтенант Пстыго встретил на полевом аэродроме у реки Днепр в должности командира звена. 22 июня 1941г. он в составе группы бомбардировщиков Су-2 211-го авиаполка выполнил свой первый боевой вылет. Всего на Су-2 он совершит 21 боевой вылет, поддерживал с воздуха части Одесского военного округа, вошедшие в состав Южного фронта. В одном из вылетов был сбит, но сумел перейти линию фронта и вернуться в свой полк.

После падения Киева и Харькова, когда в 211-м бомбардировочном авиаполку осталось лишь 11 самолётов, лейтенант Пстыго, в числе других лётчиков, направили переучиваться в город Балашов в авиационное училище, где им предстояло осваивать новый самолёт-штурмовик Ил-2. На этом «летающем танке», он совершил около 164 боевых вылетов, награждён двумя орденами Ленина, семью орденами Красного Знамени, другими наградами. И за каждой – серьёзный урон врагу, выигранная схватка, смелость и бесстрашие.

В начале 1942 г. Иван Иванович попал в состав 504-го ШАП, впоследствии ставшего 74-м Гвардейским. В мае 1942 г. войска Юго-Западного фронта перешли в наступление – дело было под Харьковом. 504-й штурмовой авиаполк включили в состав только что созданной 226-й штурмовой авиадивизии, полк перелетел на полевой аэродром Лачиново, а вскоре на полевую площадку южнее Уразова. Началась напряжённая боевая работа. Штурмовики не давали покоя врагу. Они уничтожали танки и артиллерию, помогали наземным войскам, атаковали неприятельские аэродромы, разрушали командные пункты.

Сам Иван Иванович вспоминает позднее о тех днях (из книги «Труженики неба»): «Ранним утром 14 июня звено самолётов, возглавляемое мной, вылетело на штурмовку автоколонны и эшелонов противника на железнодорожной станции Приколотное. Несмотря на дождь, плохую видимость и отчаянный огонь с земли, штурмовики с различных направлений дважды заходили на цель и подвергали её тщательной обработке. Всё окуталось густыми клубами дыма. Это горели 3 подожжённые цистерны с горючим и около 20 автомашин. На свой аэродром звено возвратилось в полном составе.

9 июля, вылетая с увеличенной бомбовой нагрузкой в 600 кг, всей своей группой в составе 8 экипажей, я сделал 2 очень эффективных захода на цель, сбросив бомбы и выпустив по ней 57 реактивных снарядов. В результате слаженной штурмовки в районе хуторов Кустовский и Кумпинский группа уничтожила и повредила 20 вражеских танков и 45 автомашин.»

22 июля 1942 г. пятёрка штурмовиков 8-й Воздушной армии в составе капитана П. И. Лыткина, старшего лейтенанта И. И. Пстыго, лейтенанта Ю. В. Орлова, сержанта А. В. Рыбина и В. М. Коряжкина под прикрытием истребителей 269-й истребительной авиационной дивизии совершила налёт на вражеский аэродром Морозовский Ростовской области и уничтожила на нём 27 транспортных самолётов. Ещё 3 «Мессершмитта» были сбиты над аэродромом истребителями прикрытия. С боевого задания не вернулись 2 штурмовика и истребитель. Этому дерзкому налёту советских лётчиков тогда была посвящена специальная статья в газете «Красная Звезда». В статье особо подчеркивалось, что немецкий аэродром Морозовский являлся важнейшей перевалочной базой для транспортных самолётов противника, доставляющих к фронту из глубокого тыла боеприпасы и горючее. Он имел сильное зенитное прикрытие, а над ним постоянно барражировали истребители прикрытия. Но отважные лётчики, проявив высокое боевое мастерство, всё же сумели прорваться к цели и успешно выполнить поставленную боевую задачу.

В середине сентября 1942 г., когда шли упорные бои на улицах Сталинграда, старший лейтенант И. Пстыго получил задачу: найти и уничтожить группу немецких танков, которые прорвались на улицы Саратовскую и Коммунистическую и разрезали нашу группировку. Задание было выполнено блестяще и без потерь своих самолётов. Ивану Пстыго, который возглавлял группу «Илов», прямо в воздухе было присвоено очередное воинское звание «Капитан». Получил он за это и орден Красного Знамени.

Только в боях за Сталинград он кроме двух самолётов уничтожил 22 танка и до 70 автомашин.

В октябре 1942 г. в судьбе Пстыго произошёл крутой поворот: его назначили начальником воздушно-стрелковой службы 226-й штурмовой авиационной дивизии. Забот прибавилось, но летать на боевые задания он продолжал, как правило, ведущим групп.

В конце ноября 1942 г. майор И. И. Пстыго был назначен командиром 893-го штурмового авиационного полка. Было ему тогда 25 лет.

В марте 1943 г. было решено нанести массированный удар по вражескому аэродрому Идрица силами всего штурмового авиакорпуса. Вести армаду штурмовиков поручили майору И. И. Пстыго. Налёт был произведён успешно. За эту операцию Пстыго был награждён орденом Александра Невского.

Летая на самолёте Ил-2, вначале одноместном, а затем и двухместном варианте, Иван Пстыго воевал в Юго-Западном, Сталинградском, Брянском, 1-м и 2-м Прибалтийских, 3-м Белорусском и 1-м Украинском фронтах. В воздушных боях лично сбил 2 истребителя противника (один из них – в лобовой атаке).

Вспоминает сам И. И. Пстыго (из книги «На боевом курсе»):

«Я оказался совсем один. Один против двух десятков «Мессеров»... И тут случилось нечто для меня, непонятное. Вдруг, гляжу, какой-то шальной «Мессер» заходит прямо мне в лоб. Кто управлял тем самолётом — действительно мастер боя, ас? Или просто пьяный? С разными же приходилось встречаться... В общем, идёт немец в лобовую атаку. А ведь Ил-2 минутный залп имел в 3 с лишним раза мощнее, чем у любого другого самолёта воюющих сторон.

Но в первой встрече я промахнулся. Мы разошлись. Затем немец снова атаковал меня в лоб. Остальные «Мессеры» тоже стреляют, но как-то лениво. Возможно, наслаждаются «игрой». А меня опять постигла неудача – второй раз промазал.

Смотрю, немец третью попытку делает. Я набираю высоту, а он на меня идёт со снижением.

- Не балуй! – кричу, точно он услышит... И взял его снова в прицел да на все гашетки как надавлю! Попал. Да так, что «Мессер» до земли не долетел — в воздухе разнесло его взрывом в клочья!

Тогда остальные истребители насели на меня скопом. И мало того что машину изрешетили, так ещё и лопасти отсекли целиком — сантиметров 30 от комля осталось. Машину трясло, как больного лихорадкой. Штурмовик едва слушался рулей управления. Из одной пробоины текло масло, и струя воздуха гнала его мелкими барашками по плоскости к фюзеляжу.

Я прилагал все усилия, чтобы удержать самолёт в горизонтальном положении. Видя, что машина моя почти неуправляема, но сам я ещё жив, какой-то «Мессер» решил меня добить. Самолёт же мой неудержимо тянуло вниз, он с каждой секундой терял высоту. Перед тем как приземлиться, а точнее удариться о землю, мой «Ил» ещё зацепился о телеграфные провода. А «Мессер» так увлёкся погоней, что правым крылом треснул по столбу и отбил около метра консоли. С отбитым крылом он смог протянуть километра 3-4 (это выяснилось позже) и сел на нашей стороне.

Ну, а я при посадке ткнулся головой в приборную доску, рассёк лоб и потерял сознание...»

Иван Иванович Пстыго воевал в Молдавии, на Украине, под Сталинградом и на Курской дуге, освобождал Белоруссию и Прибалтику, Польшу и Чехословакию, брал Берлин. Начав войну лейтенантом и командиром звена, Иван Пстыго прошёл длинный путь: он был командиром эскадрильи, начальником воздушно-стрелковой службы штурмовой авиационной дивизии и штурмового авиакорпуса, закончил войну подполковником 893-го Витебского Краснознамённого штурмового авиационного полка.

7 апреля 1978 г. за личное мужество и отвагу проявленные в годы Великой Отечественной войны, большие успехи в подготовке и повышении боевой готовности войск в послевоенный период, освоение сложной боевой техники, маршалу авиации (с 1975 г.) Ивану Ивановичу Пстыго было присвоено звание Героя Советского Союза.

Награждён орденами: Ленина (дважды), Октябрьской Революции, Красного Знамени (семь), Александра Невского, Отечественной войны 1-й степени (дважды), Красной Звезды; медалям и иностранным орденом.

После войны Иван Иванович продолжал служить в ВВС. В 1947 г. окончил Высшие лётно-тактические курсы, а в 1957 г. – Военную академию Генерального штаба. Командовал дивизией, корпусом, армией. В 1960–1967 гг. был командующим ВВС Группы советских войск в Германии, в 1967–1977 гг. – заместитель главкома ВВС по боевой подготовке. С 1977 г. служил в Центральной инспекции безопасности полётов авиации Вооружённых Сил СССР. Им была введена «формула безопасности полётов», она построена на личном опыте Пстыго, действенна до сих пор. С 1983 г. – в Группе генеральных инспекторов Министерства Обороны СССР. Всего за плечами Пстыго 59 лет военной службы. Освоил 52 типа самолётов, лётный стаж 42 года. В небе провёл 7500 часов. Многим крылатым машинам, например, МИГ-21, МИГ-23, дал путёвку в жизнь.

Похоронен на Троекуровском кладбище в Москве.

Великие войны знают только начало и не знают конца. И эта, самая тяжелая, живет ещё в шрамах солдат, в усталых слезах и юной старости вдов. Она живет в ископаемых залежах снарядов, в уже заплывших окопах, в мемориалах, в солдатских обелисках и в глазах взрослых людей, никогда не видевших отцов…

Горько об этом говорить, но все меньше остается среди нас тех, кто вынес все тяжести войны на своих плечах. Поклонимся им, отдадим долг уважения, нашей признательности, да и просто человечности, ведь все мы – люди.

Во многих городах России высятся монументы в честь Великого подвига, разбросаны повсюду скромные обелиски погибшим воинам, горит вечный огонь на братских могилах и могилах неизвестным солдатам. Придем к ним в юбилейный День Победы, положим цветы и склоним головы.

Помолчим. Задумаемся. Вспомним...

По воспоминаниям А.А. Кузмич

Top